Разразившийся на украинском плацдарме конфликт из как бы местного значения фактически принял форму международного противостояния с втягиванием в него многих бенефициаров, отстаивающих свои цели и кровно заинтересованных в их реализации. При этом у всех прямых и закулисных участников зачастую диаметрально противоположные цели, которые нельзя разрешить путем устраивающего всех компромисса.
Конфликт приобрел геополитическое значение не потому, что какая-то там Украина представляет для кого-то глобальный интерес, а потому что наступил этап ломки старого миропорядка и начало формирования нового. Именно здесь на данном историческом этапе пересеклись интересы глобальных игроков, и от степени разрешения конфликта будет зависеть порядок формирования будущего мироустройства.
Украину невозможно победить, не победив Запад. Война идет не за Украину, а за передел сфер влияния в мире, уничтожение старых и формирование новых центров силы и соответствующих макроэкономических зон, формирование новой архитектуры безопасности, выстраивание отношений между сильными мира сего и их вассалитетом.
Все это продолжение незавершившихся глобальных изменений, связанных с развалом Советского Союза и стремлением Запада добить своего экзистенциального противника и не допустить возрождения когда-то великой сверхдержавы.
В этой связи встает много вопросов: что это за бенефициары, какие у них цели и интересы, к чему они стремятся и какой вариант переустройства мира их устроит. В ответе на эти вопросы целесообразно с применением элементов системного анализа классифицировать их по группам интересов, оценить, насколько их цели совпадают или несовместимы и предположить возможные варианты разрешения конфликта. В качестве движущей силы и бенефициаров конфликта сегодня выступают:
- правящая элита России
- глубинная элита США в лице Трампа
- элита евроатлантистов США и Европы
- элиты национальных европейских стран
- правящая элита Китая
- правящая элита Украины
При таком разнообразии бенефициаров афишируемые и неафишируемые цели сторон принципиально отличаются.
Российская элита — обеспечить стратегическую безопасность России, вернуть в сферу своего влияния европейскую часть постсоветского пространства, в том числе Украину и страны Восточной Европы, не довести конфликт до прямого военного столкновения с Западом. При этом присутствуют иллюзии политическими маневрами и уступками не допустить военного столкновения с Западом.
Глубинная элита США — возродить могущество США (Америка превыше всего), свернуть евроатлантическую солидарность, обнулить политическую и экономическую мощь евроатлантистов, добиться сворачивания конфликта на любых условиях, при этом не позволить России одержать полную и безоговорочную победу, сохранив ее в качестве младшего брата, не допустить ее возрождения в качестве сверхдержавы, наладить экономическое сотрудничество в сфере энергоносителей, способствовать разрыву отношений России и Китая.
Евроатлантисты — нанести России стратегическое поражение вплоть до ее расчленения, сделать Россию своим сырьевым придатком, включить Украину в сферу своего влияния, сохранить власть над Европой, сплотить под этим флагом европейских и американских глобалистов, сцементировать европейские страны российской угрозой.
Следует отметить, что с проигрышем трампистов на выборах в конгресс США ситуация резко обострилась, и следует ожидать ожесточенного противостояния между трампистами и евроатлантистами, которое будет иметь определяющее влияние на развитие конфликта на украинском плацдарме и возможности России отстоять свои интересы.
Элиты европейских стран — устранить главенствующую роль Брюсселя, не допустить возрождение роли Москвы в Европе, получить выгоду как от поражения, так и от победы России.
Элита Китая — способствовать становлению глобальных транспортных коридоров «пояс – путь», для чего прекратить конфликт на любых условиях, не допустить как полного поражения России, так и возвращения ей статуса сверхдержавы, сохраняя ее в сфере своего влияния в противостоянии с США.
Правящая элита Украины — сохранить свою власть, втянуть Украину в евроатлантические структуры, добиться гарантий личной безопасности (при этих условиях готовы на любой вариант окончания войны с сохранением своей власти хотя бы на части украинской территории).
Даже поверхностный взгляд на участников конфликта и их цели говорит о том, что у России просто нет союзников, готовых способствовать отстаиванию ее стратегических интересов и возвращению статуса сверхдержавы. Благодаря бездумной политике постсоветской и российской элиты Россия осталась без стратегических союзников и практически в одиночку вынуждена вести войну на всех фронтах. При этом приходится лавировать, идти на вынужденные уступи, искать временных попутчиков, для которых интересы России могут совпадать с их собственными интересами.
Все отношения сторон в этом конфликте строятся на противоречиях как союзников, так и противников. Каждый из участников пытается достичь для себя преимуществ за счет другой стороны. Очень сильны противоречия в лагере Запада, раскол между евроатлантистами и сторонниками ведения переговоров все более усиливается, и это разрушает единый антироссийский фронт. В складывающейся ситуации ни одна из сторон не может нанести решающего удара и принудить противника к капитуляции, поэтому все вынуждены лавировать и искать механизмы давления на противника и конкурентов.
В этой связи встает естественный вопрос — чем же может закончиться это глобальное противостояние большей части мира с Россией? Это глобальный процесс, и он может продолжаться годами, если не десятилетиями. Куда более животрепещущий вопрос — когда и чем может закончиться война на украинском плацдарме? Вечно она продолжаться не может. Прежде чем рассматривать такие варианты, необходимо оценивать состояние сторон противостояния.
В России за годы СВО ситуация довольно серьезно изменилась: от эйфории первых успехов до серьезных неудач на фронте, освобождения почти всего Донбасса и вынужденного отступления под Харьковом и Херсоном, массового применения беспилотников и относительной стабилизации с тактической активностью России по всей линии фронта.
Поставленные цели СВО оказались невыполненными. Пришлось идти на паллиативные дипломатические переговоры с Западом, которые также не дали желаемого результата, и Россия оказалась изолированной от большинства промышленно развитых стран мира.
При этом в российской элите не было и нет единства по методам ведения войны: одна часть требует решительных наступательных действий, другая — договорняка с Западом, что сказывается на непоследовательности принимаемых решений и отсутствии согласованной формулы завершения войны.
Запад, единый в начале СВО, при Трампе раскололся на ставящих цель нанесения стратегического поражения России евроатлантистов и на сторонников раздела мира на сферы влияния между главными мировыми центрами силы, в качестве которых могут выступать США, Китай и Россия. Трамписты проводят идею, что будущий мир должен носить договорной характер между этими центрами силы.
В таком раскладе Европе было указано на дверь, и она предпринимает титанические усилия не допустить губительного для нее развития ситуации, а трамписты делают все возможное для лишения Европы статуса мирового центра силы и превращения ее в вассала США. К тому же внутренний раскол европейских элит и отсутствие объединительных идей отводят ей роль жертвы такого передела. Слабеющая Европа утратила способность воевать с Россией даже конвенциальными средствами и дает только деньги Украине на продолжение войны, имитируя для этого российскую военную угрозу и обосновывая необходимость мобилизационных усилий. Так что внутренние противоречия на Западе стали играть одну из главных ролей в формировании условий будущего мироустройства.
Китаю необходимо пространство для роста, и он маневрирует между США и Россией, сохраняя натянутые отношения с основным своим противником США и удерживая Россию в сфере своего влияния в качестве младшего брата.
При таком раскладе и соотношении сил на международной арене вокруг конфликта на украинском плацдарме могут быть следующие варианты его развития и окончания.
Первый — Россия проигрывает противостояние с Западом и соглашается на капитуляцию на его условиях. Это возможно только в результате предательства российской элиты, но общество с этим никогда не согласится, и это чревато серьезным внутренним конфликтом, к тому же у России есть неубиенный козырь королей — ядерное оружие. На Западе, особенно в США, это понимают и не питают никаких иллюзий на добровольную капитуляцию России.
Второй — Россия побеждает на поле боя, громит украинскую армию, принуждает Запад к прекращению военной помощи Украине, захватывает всю территорию Украины и ставит ультиматум Западу отойти к границам 1997 года. При громадных военных и финансовых ресурсах Запада, современном состоянии и численности российской армии, господстве беспилотников над полем боя это просто фантастика.
Третий — Запад принуждает Россию согласиться с прекращением огня по ЛБС, заключается временное перемирие, боевые действия прекращаются, и все начинают готовиться к следующему этапу войны.
Четвертый — Россия подрывает устойчивость украинского государства и наносит удары по экономике, инфраструктуре, энергетике, транспорту и тылам, проводит политику разрушения единства Запада с опорой на их внутренние противоречия, дестабилизирует обстановку внутри Украины, стравливая правящие кланы, принуждает силой к миру через катастрофу государственности Украины и ставит Запад перед необходимостью уйти с украинского плацдарма, оставив его за Россией. В этом направлении Россия наконец-то, пусть нерешительно и с оглядкой, начала действовать.
Пятый — Россия вступает с США и Китаем в переговоры о разделе сфер влияния, и тройка обсуждает контуры будущего мироустройства. За Россией остается постсоветское пространство и Восточная Европа, Украина как государство прекращает свое существование, и ее территория делится между победителями. Международная мирная конференция утверждает новый миропорядок.
Из всех вариантов наиболее устраивающий Россию пятый — раздел сфер влияния, но для его реализации России необходимо стать равной США и Китаю, а это пока что России не по зубам — она сейчас далеко неравноправный партнер. Слишком долго мы показывали свою слабость и заглядывали в рот противнику, соглашались на его сладкие увещевания, боялись применить силу там, где это было жизненно необходимо. В итоге нас перестали воспринимать за серьезного партнера, способного отстаивать свои интересы, и нашу нерешительность воспринимают за слабость.
Для победы в этом жестком противостоянии с Западом Россия должна стать сильной в экономике, вооружениях и идеях. Как в свое время заявлял министр иностранных дел Российской империи Горчаков, она должна «сосредоточиться» и, в случае продолжения против нас эскалации, убедительно продемонстрировать Западу готовность во имя защиты своих интересов действовать с позиции силы и готовность применить в случае необходимости не такой уж слабый арсенал российского оружия.