У Степы Шушакова из башкирского села Нагаево грудопоясничный сколиоз самой тяжелой, четвертой степени. Искривление позвоночника заметили, когда ребенку было всего два года. 13 лет непрерывного консервативного лечения не принесли результатов. За последние месяцы Степа заметно вырос, спина согнулась крючком, грудная клетка деформировалась. Мальчику трудно дышать, он страдает от сильной боли в спине и груди, ему тяжело ходить и сидеть. Но Степе можно помочь, если в ближайшее время провести операцию по новой прогрессивной технологии: выпрямить позвоночник с помощью динамической металлоконструкции, которая позволит сохранить его подвижность. Вот только для того, чтобы оплатить такую операцию, родителям надо собрать больше двух миллионов рублей.
Два года назад Степа увлекся компьютером и начал изучать программирование. Теперь он придумывает компьютерные игры, сюжеты и героев, которых наделяет особыми способностями.
— А можешь меня в компьютере нарисовать, чтобы я была персонажем компьютерной игры? — спрашивает Степу его мама Анастасия.
— Конечно! Хочешь, я тебя на Луну перекину? Или сделаю царицей Египта? А могу наделить такими суперспособностями, что ты сможешь прыгать через любые препятствия. Или находить клады. А что ты сама больше всего хотела бы? — спрашивает Степа.
Больше всего на свете мама хотела бы вылечить сына. Чтобы однажды он лег спать, а на следующее утро проснулся — и позвоночник у него стал прямым, как струна, чтобы спина больше не болела, чтобы можно было свободно дышать. Какое это было бы для всех счастье!
Но вслух мама предлагает:
— Сделай, чтобы я прыгала через препятствия.
Степа несколько минут сосредоточенно отстукивает на компьютере программу и с гордостью показывает маме результат: цифровой герой с маминым лицом лихо перескакивает через ямы и деревья, перепрыгивает моря и извергающиеся вулканы. Вот бы так же легко можно было все решить и в реальной жизни!
15-лктнему Степе Шушакову нужна срочная операция на позвоночнике. Без нее он станет тяжелым инвалидом и всю оставшуюся жизнь будет испытывать невыносимые боли и передвигаться на инвалидной коляске. Нужна наша помощь.
А Степа ложится на кровать — нужно делать уроки. В следующем году он сдает ОГЭ, надо готовиться. Лежа спина болит гораздо меньше. «Надо мне в школу тоже кровать притащить и поставить вместо парты», — шутит мальчик.
Степа родился в начале августа 2011 года — долгожданный наследник и помощник. Счастливый отец накупил ему целую гору машинок: «Вырастет — будет нас в город возить. Я его всему научу, что сам умею: пилить и колоть дрова, строить дом, пахать землю, сажать деревья…»
Степа рос очень подвижным и активным, не давал родителям расслабиться ни на секунду. Только отвернешься — уже уполз, и ищи его по всему дому. Спокойно сидеть в манеже не хотел ни в какую, устраивал громкие акции протеста — во всем доме окна дрожали.
— С характером мужичок растет, — смеялась сестренка. — От горшка два вершка, а уже права качает!
Степе было два года, а родители уже спорили, в какой спорт полезнее отдать ребенка. Папа хотел в борьбу, а мама с сестрой настаивали на футболе. Степа хотел и футбол, и борьбу, и хоккей с лыжами, а еще плавание и фигурное катание.
— Как только он встал на ноги, он не ходил, он бегал постоянно, — вспоминает Анастасия. — И тогда я стала замечать, что левое плечо у него почему-то выше. Местный ортопед назначил обследование.
Самый первый Степин рентген длился почти полчаса: двухлетний ребенок ни за что не хотел неподвижно стоять на одном месте. Родителей заставили держать мальчика за руки и за ноги.
— Это была какая-то пытка, — вспоминает Анастасия. — Степа вырывался и кричал как резаный. А когда мы втроем вышли из кабинета, к нам подошел врач и без всяких вступлений сказал такое, что я тогда чуть в обморок не упала:
У вас сын инвалид. У него уже вторая или даже третья степень сколиоза. Ему ничего нельзя — ни спорта, ни физических нагрузок. Ищите врачей, а то придется возить в инвалидной коляске
Родители очень надеялись, что результаты рентгена окажутся неточными, так как во время съемки Степа мог дернуться или повернуться, а значит, выводы пока делать рано. Мальчика повезли в Уфу — показывать другим специалистам.
— Второй рентген Степы внес ясность, — вздыхает Анастасия. — Действительно сколиоз. Но только второй степени. Врач сказал, что, скорее всего, искривление с возрастом будет нарастать, поэтому в подростковом возрасте придется делать операцию на позвоночнике — прикручивать к ребрам металлические пластины, которые будут держать спину ровно, но при этом ребенок будет ограничен в движениях. А пока наша главная задача — любыми способами сдерживать искривление, желательно до того момента, когда ребенок перестанет активно расти.
Степе назначили массаж, бассейн, ношение корсета. Сначала это были мягкие корсеты, которые мама покупала в обычной аптеке, а в школу Степан уже пошел «во всеоружии» — в корсете Шено, который от пояса до подмышек заковывал тело в жесткий тяжелый панцирь.
«Ты у нас как рыцарь в доспехах, — поддерживала сына Анастасия. — Придет время, и сделаем из твоих корсетов чучела на огороде».
За 13 лет у мальчика было три таких «чучела» — по мере его роста они становились все больше. В корсете ему было жутко неудобно: трудно дышать и невозможно согнуться, потела и чесалась кожа, то и дело появлялись кровавые волдыри. Все корсеты Степа люто ненавидел:
Они такие страшные, что даже вороны их пугаются, а я в этом хожу
Зато они не позволяли позвоночнику согнуться еще больше. «Терпи, сынок, ты у нас настоящий мужчина», — подбадривал отец.
Степа прекрасно понимал, что на самом деле родители его берегут, и обижался, когда они отказывались от его помощи. «Я сама», — говорила мама и перехватывала у него тяжелые сумки. «Лучше принеси инструменты», — просил отец и забирал у него пилу. «Вот сделают мне операцию — буду сам решать, что мне делать!» — заявлял Степа.
Но время шло, позвоночник скрутился еще больше, а третий по счету корсет оказался мал.
В октябре этого года на онлайн-консультации хирург Андрей Бакланов установил, что сколиоз у мальчика достиг четвертой степени. Доктор предупредил, что корсет уже бесполезен, деформация будет прогрессировать. Поэтому нужна операция, и провести ее нужно как можно скорее.
Дома мама взяла последний снимок позвоночника и наложила на его изогнутый буквой S контур сантиметровую ленту. А потом на глазах у Степы выпрямила: «После операции ты станешь выше на десять сантиметров!» — сказала она. «Ого! — обрадовался Степа. — Я готов хоть сейчас».
— Нам бы сейчас клад найти, как в Степиной компьютерной игре, — пытается шутить Анастасия. — Все препятствия мы уже преодолели. Осталось последнее — найти деньги на операцию ценой более двух миллионов рублей. Но нам с мужем таких денег за всю жизнь в деревне не заработать. Это фантастика!
Но фантастика легко может стать реальностью, если мы все поможем Степе. А дальше уже он сам справится.
У Степана грудопоясничный сколиоз самой тяжелой, четвертой степени, прогрессирующая форма. Консервативное лечение не дало желаемого результата. В связи с быстрым увеличением деформации позвоночника, прогрессирующей дыхательной и сердечно-сосудистой недостаточностью, нарастающим болевым синдромом мальчику требуется хирургическое лечение с использованием новой технологии VBT (Vertebral Body Tethering), которая позволит устранить искривление, сохранив подвижность позвоночника. Операция позволит полностью исправить искривление позвоночника, устранить асимметрию тела. Качество жизни мальчика кардинально улучшится
Для спасения Степы Шушакова не хватает
2 087 928
рублей
Дорогие друзья! Если вы решите помочь Степе Шушакову, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято
О РУСФОНДЕ
Русфонд (Российский фонд помощи) создан осенью 1996 года для помощи авторам отчаянных писем в «Ъ». Проверив письма, мы размещаем их в «Ъ», на сайтах rusfond.ru, kommersant.ru, в эфире телеканала «Россия 1» и радио «Вера», в социальных сетях, а также в 118 печатных, телевизионных и интернет-СМИ.
Возможны переводы с банковских карт, электронной наличностью и SMS-сообщением, в том числе из-за рубежа (подробности на rusfond.ru). Мы просто помогаем вам помогать тем, кто в этом особенно нуждается.
Русфондом собрано свыше 24,922 миллиарда рублей. В 2026 году (на 29 ОКТЯБРЯ) уже собрано 1 236 910 730 рублей, помощь получили 3032 ребенка.
Русфонд — лауреат национальной премии «Серебряный лучник» за 2000 год, с сентября 2017 года входит в реестр СО НКО — исполнителей общественно полезных услуг. В июне 2024 года президентский грант завоевал проект Национального РДКМ Консультационная служба по донорству костного мозга «Ориентир». В январе 2025 года президентский грант выиграл проект Русфонда «ПроРегистр. Продолжение». В июне 2025 года эндаумент Русфонда выиграл грант Фонда Потанина. В сентябре Русфонд и Национальный РДКМ стали победителями конкурса грантов мэра Москвы 2025 года. Президент Русфонда Лев Амбиндер — лауреат Государственной премии РФ.
Адрес фонда: 125315, город Москва, а/я 110;
Электронный адрес: rusfond.ru; e-mail: rusfond@rusfond.ru
Приложения для айфона и андроида rusfond.ru/app
Телефон: 8-800-250-75-25 (звонок по России бесплатный), 8 (495) 926-35-63 с 10:00 до 20:00